Довлатов электронного мозга

Мой приятель Веня Зильберштейн решил стать богатым. Не то чтобы он был бедным — он был нищим. А это, как известно, две большие разницы. Бедный человек считает деньги. Нищий — о них мечтает.

Веня работал редактором в онлайн-журнале про гаджеты. Писал обзоры смартфонов, которые не мог себе позволить. Это накладывало отпечаток.

— Я понял, в чём дело, — сказал он мне однажды. — Дело в мышлении. У меня мышление бедняка.

— А у кого мышление богача? — поинтересовался я.

— У богачей, — ответил Веня с некоторым раздражением.

Логика была безупречной.

Веня нашёл в инстаграме человека по имени Аркадий Голд. Настоящая фамилия, как выяснилось позже, была Пердюков. Но кто же назовёт курс «Денежный поток от Пердюкова»? Это было бы слишком честно.

На фотографиях Аркадий стоял возле белого «Порше». Автомобиль был арендован на три часа. Но фотографии производили впечатление.

Курс стоил пятьдесят тысяч рублей.

— Ты с ума сошёл, — сказал я.

— Вот! — обрадовался Веня. — Вот оно, мышление бедняка! Ты сразу думаешь о расходах. А надо думать об инвестициях.

Слово «инвестиции» он произнёс с благоговением. Так раньше произносили «аминь». Впрочем, и сейчас произносят — просто реже.

Занятия проходили в зуме. Это было удобно: не нужно выходить из дома, чтобы расстаться с деньгами.

На первом вебинаре Аркадий объяснил, что все присутствующие — прекрасные люди. Но мыслят категориями дефицита.

— Вселенная изобильна! — восклицал Аркадий. — А вы ей не доверяете!

Вселенная, по его словам, напоминала богатую тётку, которая только и ждёт повода осыпать племянников деньгами. Надо лишь правильно попросить. И заплатить за курс.

— Я визуализировал! — сообщил мне Веня после занятия.

— Что именно?

— Миллион.

— Рублей?

— Долларов, естественно.

Я хотел спросить, почему он не визуализировал два. Но промолчал.

На третьей неделе выяснилось, что базовый курс — это только начало. Настоящие знания давались на продвинутом уровне. Продвинутый уровень стоил сто пятьдесят тысяч.

— Это же грабёж, — сказал я.

— Нет, — возразил Веня. — Это отсечение несерьёзных людей.

Веня оказался серьёзным. Взял кредит в банке. Банк, в отличие от Вселенной, денег не дарил. Банк давал под двадцать четыре процента годовых.

На продвинутом уровне учили «работать с состоянием». Это означало улыбаться, даже когда хочется плакать. Особенно когда хочется плакать.

— Деньги идут к радостным! — объяснял Аркадий.

Веня улыбался так старательно, что коллеги стали его сторониться. Решили, что он что-то замышляет.

К концу второго месяца Веня выглядел неважно. Он похудел и говорил исключительно цитатами.

— Успех — это выбор, — говорил Веня, глядя в стену.

— Как дела на работе?

— Я выбираю изобилие.

— Пиво будешь?

— Благодарность открывает денежные каналы.

В закрытом чате курса участникам объяснили, что общаться со старыми друзьями вредно. Старые друзья тянут назад, в бедность. Нужно новое окружение.

Веня перестал отвечать на мои сообщения.

На третьем месяце ему предложили VIP-наставничество. Личные созвоны с Аркадием. Цена — пятьсот тысяч.

Таких денег у Вени не было. Зато была однушка в Купчино, доставшаяся от бабушки.

Об этом я узнал случайно. От его бывшей жены Раи. Женщины практичной и громогласной. Она позвонила мне в панике:

— Он квартиру продаёт! Ради какого-то инфоцыгана!

Слово «инфоцыган» я тогда услышал впервые. Но сразу понял, о чём речь.

Мы поехали к Вене вместе. Рая стучала в дверь с настойчивостью судебного пристава. Веня открыл.

Он стоял в футболке с надписью «Я выбираю успех». Футболка, кстати, тоже была куплена на курсе. За три тысячи рублей. Обычная футболка с принтом.

— Веня, — сказала Рая. — Ты дурак?

— Ты мыслишь категориями дефицита, — ответил Веня.

— Я мыслю категориями психиатрии, — сказала Рая.

Они ругались два часа. Рая кричала. Веня цитировал Аркадия. Это было похоже на спор верующего с атеистом: каждый говорил на своём языке.

Потом Веня вдруг замолчал. Сел на диван. И заплакал.

Кажется, это был первый момент за три месяца, когда он не улыбался.

Квартиру Веня не продал. Кредит выплачивал ещё два года. С Раей, как ни странно, сошёлся снова. Она сказала: «Дурак — это не приговор. Это диагноз. Диагнозы лечатся».

Аркадий Голд переехал в Дубай. Открыл там новый курс — что-то про энергию пустыни. На фотографиях он теперь стоял возле верблюда. Верблюд, в отличие от «Порше», был настоящий.

Я встретил Веню недавно. В обычной кофейне, без коучей и вебинаров.

— Ну что, — спросил я, — научился думать как богатый?

Веня помолчал. Отпил кофе.

— Научился, — сказал он. — Богатые не покупают курсов о богатстве. Они их продают.

Это и есть, вероятно, главная мудрость. Единственное подлинное знание, за которое Веня заплатил двести тысяч рублей.

Дороговато, конечно.

Но зато — навсегда.